Недорогой упорный роликовый подшипник по ценам от производителя. Доставка по всей России.
    Главная
    Теория познания
    Динамика науки
    Контакты

Средневековая схоластика: проблема соотношения
веры и разума, проблема универсалий в концепциях номиналистов
и реалистов

Рубеж 11–12 столетий знаменует зрелость средневековой эпохи. Возникают все новые и новые города,  которые становятся оплотом бюргерства. В городах возникают один за другим университеты (Болонья, Париж, Оксфорд и др.).; философией новых университетов стала схоластика (от лат. – школа). В наше время этот термин приобрел снисходительно – оскорбительный оттенок. Между тем значение схоластики, особенно на этапе ее расцвета трудно переоценить. Средневековая схоластика в ходе интеллектуальных ристалищ способствовала выковыванию оружия полемики,  аргументации, риторики. Средневековые диспуты предопределили дискуссионный дух последующих  столетий западноевропейской культуры и философии. Начав с псевдопроблем типа «был ли пупок у Ахами», либо «сколько ангелов поместятся на кончине иглы», через споры на тему «может ли Бог сотворить камень, который сам же не сможет поднять?», схоластика  постепенно возвышается до рационального, предметного познания, а явления религиозного порядка связывает с окружающей действительностью.

Схоластика стремится ответить и на центральный вопрос философской мысли всего Средневековья – соотношение истин веры и разума. Осмысление этой проблемы привело к формированию 3-х позиций в оценке статуса и роли философии. Во-первых, в ранней христианской патристике декларировалась абсолютная несовместимость религиозной веры  с идеями человеческого разума («верую, ибо абсурдно» – Тертуллиан). Следствием такого подхода было открытое неприятие философии ранней средневековой культурой[21]. Во-вторых, в период развития схоластики предпринимаются попытки гармонично совместить религию и философию, подчинив  последнюю авторитету Священного писания  («верую, дабы понимать» – Ансельм Кантерберийский, Иоанн Скот Эриугена). В-третьих, в поздней средневековой схоластике проявилось стремление представить философию как независимую от религии область человеческого познания. Философия призвана обосновывать религиозные догматы, переводить их на понятийный язык, подвергать логическому анализу («понимаю, дабы верить» – Пьер Абеляр)

Наиболее известным представителем ранней схоластики был Ансельм Кентерберийский (1033 – 1093 гг.). По его мнению, подлинное знание возможно лишь при помощи веры. Приводя доказательства бытия Бога, Ансельм стремился не столько убедить неверующих, сколько систематизировать заведомо принятые верой истины. Наследие Ансельма убедительно демонстрирует главную отличительную особенность схоластики: она рассматривает  себя как науку, поставленную на службу теологии («служанка богословия»).

Иными словами, схоластика представляет собой такой тип философствования, при котором средствами разума средневековые мыслители стремятся обосновать принятые на веру идеи, формулировки, постулаты.

Одной из наиболее острых дискуссий в схоластической  философии Средневековья был спор об универсалиях, продолжавшийся в течение всей ее истории[22]. В этой дискуссии выявились две крайние точки зрения, основы которых были сходными, но выводы прямо противоположными; обе точки зрения были представлены как в «крайних», так и в умеренных вариантах. Первоначальной исходный пункт дискуссии – платоновская трактовка общих понятий, предполагающая, что они имеют подлинное значение лишь в том случае, если означают действительно существующее.

Реалисты(Ансельм Кентерберийский, Фома Аквинский) показывали, что общие понятия по отношению к отдельным вещам природы являются  первичными и существуют реально, сами по себе. Они приписывали общим понятиям самостоятельное существование не зависимое от отдельных вещей и человека. Предметы же природы, по их мнению, представляют лишь формы проявления общих понятий. В то время слово «реализм» не имел ничего общего с современным значением этого слова. Под реализмом подразумевалось учение, согласно которому подлинной реальностью обладают универсалии, которые существуют до вещей, представляя собой мысли, идеи в божественном разуме. Только благодаря этому человеческий разум в состоянии познавать сущность вещей, ибо эта сущность есть не что иное, как всеобщее понятие.

Номинализм(от лат. имя) в лице наиболее ярких своих представителей Росцелина и Пьера Абеляра считал, что общие понятия (универсалии) – только имена; они не обладаю никаким самостоятельным существованием и образуются нашим умом путем абстрагирования некоторых признаков,  общих для целого ряда вещей. Например, понятие «человек» получается отбрасыванием всех признаков, характерных для каждого человека в отдельности, и концентрацией того, что является общим для всех (человек – это живое существо,  наделенное разумом больше, чем кто-либо из животных). Данное определение можно, в принципе, уточнить: у человека одна голова, две руки, две ноги и т.д., но это уже излишне, так как первое определение, по мнению номиналистов, достаточно однозначно характеризует сущность человека. Таким образом,  согласно учению номиналистов, универсалии существуют  не до вещей, а после вещей.

Разумеется, как и в каждой отдельной взятой философской школе, здесь присутствуют различные оттенки. Крайний номинализм, подобно софистам или атомистам античности, признает лишь единичное и приходит таким путем к выводу, что общие понятия – лишь наименования (т.е. общее понятие – всего лишь слово). Более умеренный вариант номинализма утверждает, что общие понятия не являются «всего лишь словом», что, например, слово «человек» – наименование действительно существующего понятия «человек». Сторонники умеренного реализма вслед за Аристотелем считают, что общее - это свойство единичного.

Было бы крайне неправильно представлять, что дискуссии об универсалиях являлись некой схоластической бессмыслицей, хотя в наши дни довольно трудно понять, почему этим дискуссиям в то время придавалось столь большое значение. Впрочем, стоит подумать о том общественном фоне, на котором развертывались подобные споры, сразу станет ясна их цель и значимость. (Находившаяся под властью папы церковная структура, по отношению к единичному, т.е. к интересам индивида, являла собой нечто общее. Именно отношение к реальности этого общего определяло позицию средневекового философа в спорах между номиналистами и реалистами.)